Сегодня мне хотелось бы поднять тему, которая, по опыту, вызывает иногда непростую и далеко неоднозначную реакцию – поговорить об античной скульптуре, а конкретнее – об изображении в ней человеческого тела.

Попытки познакомить детей с древней скульптурой наталкиваются подчас на непредвиденную сложность, когда родители просто не решаются показывать ребёнку обнажённые статуи, считая подобные изображения чуть ли не порнографией. Не берусь утверждать универсальность метода, но в моём детстве такая проблема даже не возникала, ибо – спасибо моей мудрой мамочке – прекрасное издание легенд и мифов Древней Греции Куна, обильно иллюстрированное фотографиями работ античных мастеров, появилось в моей жизни лет в пять-шесть, то есть задолго до того, как девочку начали интересовать всякие специфические вопросы пола.

Так борьба олимпийцев с титанами и подвиги Геракла улеглись в голове где-то на одной полочке со Снежной королевой и дикими лебедями и запомнились не только как причудливые истории, но сразу обрели зрительное воплощение, оказались привязаны — может быть, на тот момент не вполне осознанно — к конкретным позам, жестам, лицам – человеческой пластике и мимике. При этом на все возникшие было детские вопросы мама тут же нашла простые и понятные ответы – о том, что, во-первых, в Древней Греции было жарко, а, во-вторых, статуи – не люди и теперь им совсем не холодно.

Что же до вопросов взрослых, то нужно иметь в виду, что та идея о разделении человека на душу и тело, которая в христианской антропологии привела, в конце концов, к идее подчинённости тела душе (а ещё позже, в некоторых протестантских ответвлениях и вовсе – к жёсткому табуированию телесного), впервые была чётко сформулирована, пожалуй, лишь у Платона. А перед тем греки как минимум несколько веков доходили до мысли о том, что душа есть не просто дух, дыхание, но нечто индивидуально-личное и, так сказать, «стационарное», очень постепенно продвигаясь от понятия θυμός  к понятию  ψυχή. Таким образом, особенно с тех пор, как боги стали антропоморфными, у греческих мастеров просто не было иного способа поведать о разных сторонах жизни, кроме как изображая человеческое тело.

Итак, значительная часть греческой скульптуры – это иллюстрации к мифам, которые в древности были не просто «сказками о богах», но и средством передачи важнейшей информации об устройстве мира, жизненных устоях, должном и недолжном. То есть, подобные «3D-иллюстрации» были для древних людей куда важнее, чем для меня в детстве. Однако, пожалуй, куда существеннее, чем понимание мифов, для нас оказывается другая возможность, которую предоставляла греческая скульптура своим создателям, – изучить и познать самого человека. И если основными персонажами первобытного искусства были разнообразные звери, то со времён палеолита и на протяжении всей античности таковым, несомненно, становится человек.

Все усилия художников этого немаленького по времени периода оказываются направлены сначала на то, чтобы уловить и передать самые общие анатомические особенности строения человеческого тела, а затем и более сложные динамические его проявления – движения, жесты, мимику. Так европейское искусство начало свой долгий путь от грубых и лишь отдалённо человекоподобных «палеолитических венер» к совершенным в пропорциях работам Мирона, а от них – далее;  путь, который условно можно было бы назвать дорогой к человеку, – сначала к его телу, а потом и к душе – правда, пока ещё в психологическом смысле этого слова. Пройдём же по некоторым его этапам и мы.

Рисунок 1. Палеолитические венеры - около 30 тыс. лет назад

Палеолитические венеры. Около 30 тыс. лет назад

Самыми первыми человекообразными изображениями в Европе, как уже говорилось выше, были «палеолитические венеры» — крошечные фигурки из бивней мамонта или мягких пород камня. Особенности их изображения – практически полное отсутствие рук, а иногда даже ног и головы, гипертрофированная средняя часть туловища – позволяют предположить, что перед нами пока, скорее всего, даже и не изображение человеческого тела в полной мере, а лишь попытка передать одну из его функций – детородную. Связь «венер» именно с культом плодородия предполагает абсолютное большинство исследователей; нам же они нужны лишь в качестве отправной точки нашего путешествия.

Следующей остановкой в нём будут куросы и коры (букв. – юноши и девушки) —  человеческие изображения, высекавшиеся в античных полисах в VII-VI столетиях до н.э.

Рисунок 2. Курос, архаическая улыбка. Курос и кора.

Курос, архаическая улыбка. Курос и кора

Как видим, подобные статуи, использовавшиеся, например, в качестве памятников знаменитым атлетам, облик человеческого тела передают уже гораздо более подробно, однако и они являются своего рода «схемой человека». Так, например, все многочисленные куросы по какой-то необъяснимой причине стоят в одной и той же позе – прижав руки в туловищу, выдвинув вперёд левую ногу; самые последние подозрения в портретности окончательно развеиваются при взгляде на их лица – с одинаково отсутствующим выражением и губами, растянутыми в жутковатую – т.н. архаическую – улыбку.

Следующая остановка. V в. до н.э., греческая архаика. Скульптуры Мирона и Поликлета, поражающие зрителя совершенством пропорций.

Рисунок 3. Мирон. Дискобол  455 г.до н.э., Поликлет. Дорифор (копьеносец)(450-440 гг. до н.э.) и Раненая амазонка (430 гг. до н.э.)

Мирон. Дискобол 455 г.до н.э., Поликлет. Дорифор (копьеносец)(450-440 гг. до н.э.) и Раненая амазонка (430 гг. до н.э.)

Неужели, спросите вы, и это – опять схема? И, представьте себе, ответ будет утвердительным. Доказательств тому у нас имеется, как минимум, два. Во-первых, до нашего времени дошли отрывки т.н. «Канона Поликлета». В этом математическом трактате скульптор, бывший последователем течения пифагорейцев, пытался вычислить идеальные пропорции мужского тела. Иллюстрацией подобных расчётов, по-видимому, и стала впоследствии статуя. А вторым доказательством будет…обширная греческая литература того времени. Из неё мы можем почерпнуть, например, следующие строчки Сапфо:

Тот, кто прекрасен, — добр.

А тот, кто добр, — скоро станет прекрасным.

Более того, среди всех героев «Илиады» Гомера беспрекословно вступать в бесконечную войну, на которую гонят героев боги, отказывается один лишь «празднословный» Терсит. Автор не жалеет чёрной краски для этого персонажа, который возмущает армию своими речами и ненавидит буквально всех; но тот же Терсит совсем не случайно оказывается по воле автора жутким уродом:

Муж безобразнейший, он меж данаев пришел к Илиону;
Был косоглаз, хромоног; совершенно горбатые сзади
Плечи на персях сходились; глава у него подымалась
Вверх острием, и была лишь редким усеяна пухом.

Таким образом, можно сказать, что греки архаического периода были сторонниками идеи о том, что красота внешняя является непременным проявлением внутренней красоты и гармонии, а, следовательно, скрупулёзно вычисляя параметры идеального человеческого тела, пытались изобразить, ни много ни мало, совершенную душу, настолько совершенную, что она даже кажется неживой.

И правда, ответьте мне всего лишь на один простой вопрос: куда улетит в следующий момент диск, брошенный дискоболом? Чем дольше вы будете смотреть на статую, тем яснее поймёте, что диск не будет брошен никуда, ведь положение отведённой руки спортсмена вовсе не предполагает замах на бросок, мышцы его груди не выдают какого-то особого напряжения, лицо – совершенно спокойно; более того, изображённое положение ног не позволяет сделать не то что необходимого для броска прыжка с разворотом, но даже – простого шага. То есть получается, что дискобол, несмотря на кажущуюся сложность его позы, абсолютно статичен, совершенен, мёртв. Как и раненая амазонка, в своих страданиях изящно опёршаяся на столь вовремя возникшую рядом капитель.

Наконец, IV в. до н.э. вносит в греческую скульптуру новые настроения. В это время греческие полисы переживают упадок – можно считать, что маленькая вселенная античного человека постепенно заканчивает своё существование. Греческая философия решительно обращается к поискам новых основ человеческого счастья, предлагая на выбор киникизм Антисфена или гедонизм Аристиппа; так или иначе, но отныне с проблемами глубинного смысла своей жизни человек вынужден будет разбираться сам. Тот же отдельный человеческий характер выходит на первый план и в скульптуре, в которой впервые появляется и осмысленная мимика, и реальное движение.

Рисунок 4. Лисипп Отдыхающий Гермес IV век до н.э., Менада Скопаса, 4 в. до н.э., Пракситель. Артемида из Габий 345 г. до н.э.

Лисипп Отдыхающий Гермес IV век до н.э., Менада Скопаса, 4 в. до н.э., Артемида из Габий 345 г. до н.э.

Боль и напряжение выражены в позе Менады Скопаса, а её лицо с широко открытыми глазами обращено к небу. Задумавшись, изящным и привычным жестом застёгивает фибулу на плече Артемида из Габий Праксителя. Отдыхающий Гермес Лисиппа также явно пребывает в глубокой задумчивости, и излишне удлинённые, совсем неклассические пропорции его тела делают фигуру лёгкой, придавая определённую динамику даже этой почти статичной позе. Кажется, ещё немного, и юноша примет какое-то важное решение и побежит дальше. Так, впервые сквозь очертания прекрасных мраморных и бронзовых тел начинает проглядывать душа.

Кстати, большинство рассмотренных нами сегодня статуй обнажены. Но разве это кто-то заметил?

Теги:  

Присоединяйтесь к нам на канале Яндекс.Дзен.

При републикации материалов сайта «Матроны.ру» прямая активная ссылка на исходный текст материала обязательна.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Портал «Матроны» активно развивается, наша аудитория растет, но нам не хватает средств для работы редакции. Многие темы, которые нам хотелось бы поднять и которые интересны вам, нашим читателям, остаются неосвещенными из-за финансовых ограничений. В отличие от многих СМИ, мы сознательно не делаем платную подписку, потому что хотим, чтобы наши материалы были доступны всем желающим.

Но. Матроны — это ежедневные статьи, колонки и интервью, переводы лучших англоязычных статей о семье и воспитании, это редакторы, хостинг и серверы. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц — это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета — немного. Для Матрон — много.

Если каждый, кто читает Матроны, поддержит нас 50 рублями в месяц, то сделает огромный вклад в возможность развития издания и появления новых актуальных и интересных материалов о жизни женщины в современном мире, семье, воспитании детей, творческой самореализации и духовных смыслах.

Об авторе

Жизнь — серьезная штука, и поэтому совершенно незачем делать из нее трагедию. К сожалению, иногда это поздно понимаешь.

Другие статьи автора
новые старые популярные
Дарья

Вот уж от чего огораживать — так в музеи не ходить. Что-то не помню, чтобы иллюстрации у Куна воспринимались как обнаженка и что-то неприличное. Учитывая современные мультики и так далее, уж угроза со стороны скульптур — наименьшая из якобы существующих зол.

Анна

Исправьте подпись ко второй из трёх последних фотографий, на фото — Менада, а подписана она раненой амазонкой.
Статья замечательная: и нужная, и интересная. Спасибо!

La_gata
La_gata

Да, спасибо. Попробую что-нибудь сделать.

kiriniya

Ну вот. Только я вошла во вкус, а статья и закончилась!

La_gata
La_gata

Спасибо, я подумаю над продолжением как-нибудь.

марфо

Помню, как поразила меня одна особенность фризов Парфенона в Британском музее: как чувственно, трепетно изваяны обнаженные мужские тела, как пульсируют вздутые вены, и с каким равнодушием женские фигуры обмотаны какими-то тряпками, ну никакой музыки складок!

La_gata
La_gata

Вот фризы не смотрела, но по идее там тоже должна быть архаика — V век до н.э. Другое дело, интересно посмотреть, как движение преломлялось на плоскость — возможно, я действительно ещё раз вернусь к этой теме позже. А женские фигуры действительно принято было драпировать. Греция довольно спокойно относилась к изображениям мужской наготы, но достаточно долго не допускала женскую — видимо и к строению женского тела особенно не присматривались — оттого выглядит не вполне правдоподобно. По крайней мере, амазонка на фотографиях выше опознаётся, насколько понимаю, именно по одеянию — гречанки так коротко не носили)). Вот позже — у Праксителя есть красивейшая… Читать далее »

марфо

Трон Людвизи, кажется, того же времени, но это же какой-то эталон женственности: там и нежность, и строгость, и чувственность, и беззащитность. На днях читала статью, про античный гомосексуализм, женщина у них даже не мыслилась в категориях прекрасного, ну сидит на своей половине, детей рожает. Другое дело юный эфеб, совершенствующийся в науках

марфо

в науках. Получается, в Троне Людовизи — отголоски архаического отношения к женщине, из-за которой царства идут друг на друга войной?

La_gata
La_gata

Ну, там же Афродита. В скульптуру из женщин попадали только богини.) Трон Лодвизи V века, но обнажённого тела там очень немного — только гетера в профиль. А вот в центральном барельефе — как раз допустимая у греков мера женской обнажённости в статуе — передний фронт до талии. И потом посмотрите на складки — на самом деле богиня полуобнажена -просто мокрая туника прилипла к телу. А что до отношения к женщине — по одной из версий, Праксителю для Афродиты Книдской позировала гетера Фрина, и это вроде бы был уникальный случай, когда опознали натурщицу — обычно богам не придавали черты смертных. Так… Читать далее »

марфо

Таки да, умницы-греки порой оказывались мудрей самих себя. Казалось бы, что может быть чувственней прозрачной мокрой ткани на женском теле, но в образе Афродиты гораздо больше чистоты, ее нежность ближе к распускающемуся цветку, чем к пробуждающейся плоти. В лучших иконах чувствуются отголоски античного понимания формы, прекрасной и, действительно одушевленной.

La_gata
La_gata

А знаете — я тут любопытную вещь поняла — чистота не пропорциональна количеству одежды на теле. Одежда — вторична, а первичны для человека — какой-то общий посыл, а для скульптуры — идея автора, умело воплощённая, конечно. То есть, я, ни в коем разе, не призываю ходить голышом — к тому у нас и климат не располагает. Но вот людей, вполне одетых, но производящих при этом мерзкое впечатление, видеть мне доводилось.

Похожие статьи