Сегодня думаю, будет уместно поговорить о возникновении и первых веках бытования христианской иконы. И будет много картинок – потому что такой красотой просто невозможно не поделиться.

Дабы избежать вероятных недоразумений, следует сразу сделать одну оговорку. Рассуждая о ранней иконописи, мы будем рассматривать римские катакомбы, а также мозаики Рима и Равенны. Думаю, кого-то это может навести на мысль, что всё описанное ниже – это истоки католической, но не православной иконописи, однако это не так. Окончательное разделение Римской империи на Западную и Восточную произошло, как известно, в самом конце IV века н.э., хотя и позже две части бывшей единой страны общались между собой.

Далее, в середине века VI император Юстиниан осаждает Равенну, и до самой середины VIII столетия она будет столицей особого государственного образования – Равеннского экзархата, — своеобразным «островком Византии на Западе». Таким образом, наши последующие наблюдения, несмотря на географическое расположение храмов, в которых находятся приведённые в примерах мозаики, можно отнести именно к византийской главе развития христианского искусства. В самой же Византии примеров такого масштаба, красоты и древности не сохранилось из-за бушевавшей там позже иконоборческой ереси. Итак, в путь.

В истории ранней иконописи и формировании храмовых интерьеров можно выделить несколько этапов. Самый древний из них относится к первым десятилетиям и векам существования новой религии. До тех пор, пока христианские общины оставались тайными обществами, украдкой от властей собиравшимися в катакомбах, оформление храмовых помещений было очень скромным.

Изображения в римских подземельях лаконичны, среди них преобладают символические образы, использовавшиеся христианами, в том числе, и как опознавательные знаки: символ креста – якорь; рыба, — так как греческое слово Ίχθύς представляло собой монограмму слов «Иисус Христос Сын Божий Спаситель»; дельфин – как символ Христа, переносящего верующих через жизненные невзгоды; монограмма Христа – лабарум.

Слева. Надгробная плита христианского погребения. Рыбы. Начало II века. Справа. Якорь, дерево, голубь. Катакомбы Прискиллы.

Слева. Надгробная плита христианского погребения. Рыбы. Начало II века. Справа. Якорь, дерево, голубь. Катакомбы Прискиллы.

Также для изображения Христа использовались евангельская аллегория «Пастырь добрый», и образ Орфея из греческой мифологии. Последний, очевидно, был выбран по нескольким причинам. Во-первых, значительную часть римских христиан составляли бывшие язычники, для которых миф о спуске Орфея в Аид мог быть своеобразным мостиком к пониманию Сошествия во ад. К тому же изображение языческого божества без понимания его тайного аллегорического смысла могло довольно нейтрально восприниматься  властями.

Немаловажную роль играло и то, что образ этот был достаточно проработан и привычен художникам, потому что заказы на саркофаги для христианских и языческих погребений поначалу выполняли одни и те же мастера. Все названные обстоятельства вместе привели к тому, что образ Христа-Орфея был чрезвычайно популярен в христианской скульптуре I-II веков.

Слева. Изображение Христа в виде Орфея. I век. Справа. Лабарум. Катакомбы Прискиллы.

Слева. Изображение Христа в виде Орфея. I век. Справа. Лабарум. Катакомбы Прискиллы.

Коренной перелом наступает тогда, когда христианство получает в Римской империи официальный статус. Отныне христианским художникам приходится решать вопрос не просто оформления больших пространств базилик, но работать в храмах, строительству которых покровительствовали иные императоры. Так, выйдя из катакомб, христианская иконопись почти в одночасье становится официальной и парадной. При этом вопрос о поиске новых сюжетов нередко решался опять же за счёт заимствований из…языческой античности.

Здесь нужна ещё одна оговорка, которую, честно говоря, хотелось бы сделать центральной идеей настоящих записок. Дело в том, что мы все живём в мире переосмысленных символов. Верования в то, что какое-то изображение или текст могут иметь чудодейственную силу сами по себе, хоть и продолжают бытовать в сознании людей много веков, тем не менее, являются проявлением первобытного магизма. Все позднейшие религии главное внимание обращают на смысл, вкладываемый верующими в определённую форму.

И вот тут происходит интересное – форма, на выработку которой были затрачены порою не просто годы – века, — образ, сюжет, способ обработки материала – могла остаться прежней, но её смысловое наполнение при этом кардинально менялось. Именно поэтому в христианские мозаики Равенны, например, наряду с раннехристианскими символами, органично вошли и некоторые языческие элементы.

Впрочем, примеры подобных проникновений мы могли видеть и раньше. Так, например, адоранты – античные и более древние фигурки с воздетыми к небу руками, в древности символизировавшие молящиеся души, в погребениях христианских катакомб превратились в оранты – первоначально воспринимавшиеся как символические изображения душ умерших. И лишь потом – из наложения характерной молитвенной позы и изображения Богородицы – возник один из основных христианских богородичных канонов. Позже христианское искусство продемонстрирует ещё целый ряд любопытных заимствований.

Справа. Адорант. Вавилон. III тыс. до н.э. В середине. Оранта с христианского надгробия. Катакомбы.Справа. Богоматерь Оранта. Катакомба Прискиллы. II век.

Справа. Адорант. Вавилон. III тыс. до н.э. В середине. Оранта с христианского надгробия. Катакомбы.Справа. Богоматерь Оранта. Катакомба Прискиллы. II век.

Римские мозаики IV-V вв. зафиксировали для нас очень интересный этап развития иконописи. Восточнохристианские художники последующего времени начнут всякими способами подчёркивать символичность и условность изображений горнего мира, – размывая фон, разрушая пространственную перспективу, нарушая пропорции фигур, они будут всячески подчёркивать, что то, что мы видим на изображении – лишь знак Иного, которое в полной мере нельзя изобразить в принципе. Однако пока картинки, которые смотрят на нас с мозаик, устроены по-другому. Они реалистичны и настолько красочны, что призваны стать как бы реальнее реальности. Порою кажется, что на мозаиках, не потускневших за пятнадцать-шестнадцать веков, прошедших со времени их создания, изображена какая-то волшебная страна так, как будто их создатели заранее предугадали появление льюисовской Нарнии. И вот именно в этой сверхреальной реальности нам вдруг начинают попадаться детали, тщательно проработанные языческим искусством предшествующего времени.

Так, например, Христос-Вседержитель из римской базилики Санта-Пуденциана оказывается даже портретно похож на фидиевского Зевса-Пантократора. Любопытно, что  сидит Спаситель здесь не на фоне какого-то условного пространства – за его спиной мы видим вполне конкретный городской пейзаж.

.Слева. Фидий. Зевс Олимпийский. 432 г. до н.э. Мраморная римская копия. Справа. Христос Вседержитель. Санта-Пуденциана. IV век.

Слева. Фидий. Зевс Олимпийский. 432 г. до н.э. Мраморная римская копия. Справа. Христос Вседержитель. Санта-Пуденциана. IV век.

Внешний вид ангелов, которые в равеннских и римских мозаиках обретают наконец-то привычное для нас обличие – в белых одеждах, с крыльями и тороками в волосах, — многократно «отработан» в античных Никах.

Слева. Ника Самофракийская. II в. до н.э. Справа Богоматерь с ангелами. Базилика Сан-Апполинаре Нуово в Риме. Начало VI века.

Слева. Ника Самофракийская. II в. до н.э. Справа Богоматерь с ангелами. Базилика Сан-Апполинаре Нуово в Риме. Начало VI века.

Ещё интересно, что в мозаиках параллельно с привычной для нас иконографией Христа нашёл отражение также обычай изображать Его в виде отрока или безбородого юноши. Возможно, что истоки этого явления следует искать именно в образе Христа-Орфея, о котором мы говорили выше.

Слева. Изображение Христа в виде Орфея. I век. В центре. Христос и апостолы, ловящие рыбу. Сан-Апполинаре Нуово. VI век. Справа. Христос в виде юноши на сфере с ангелами. Базилика Сан-Витале VI век.

Слева. Изображение Христа в виде Орфея. I век. В центре. Христос и апостолы, ловящие рыбу. Сан-Апполинаре Нуово. VI век. Справа. Христос в виде юноши на сфере с ангелами. Базилика Сан-Витале VI век.

Таков был этот необычный период в развитии христианской иконы, когда, выйдя из подземелий катакомб, она вдруг засверкала необычайными красками, не боясь при этом вобрать в себя переосмысленные символы из предшествующих эпох. Мне кажется, что основное настроение мозаик этого времени можно определить как радость. И, честное слово, что-то весьма поучительное для нас в этом есть. Радуйтесь.

Слева Пастырь добрый. Первая половина V в. Мавзолей Галлы Плацидии. Равенна. Италия. Мозаика. Справа.  Христос в виде агнца и ангелы. Базилика Сан-Витале. VI век.

Слева Пастырь добрый. Первая половина V в. Мавзолей Галлы Плацидии. Равенна. Италия. Мозаика. Справа. Христос в виде агнца и ангелы. Базилика Сан-Витале. VI век.


[1] Более того, ряд исследователей полагает, что причинами того, что единообразный облик ангелов во фресках христианских катакомб так и не сложился, было именно существование этих устойчивых античных аллюзий, когда художники просто не хотели делать посланников христианского Бога похожими на языческих божеств.

Теги:  

Присоединяйтесь к нам на канале Яндекс.Дзен.

При републикации материалов сайта «Матроны.ру» прямая активная ссылка на исходный текст материала обязательна.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Портал «Матроны» активно развивается, наша аудитория растет, но нам не хватает средств для работы редакции. Многие темы, которые нам хотелось бы поднять и которые интересны вам, нашим читателям, остаются неосвещенными из-за финансовых ограничений. В отличие от многих СМИ, мы сознательно не делаем платную подписку, потому что хотим, чтобы наши материалы были доступны всем желающим.

Но. Матроны — это ежедневные статьи, колонки и интервью, переводы лучших англоязычных статей о семье и воспитании, это редакторы, хостинг и серверы. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц — это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета — немного. Для Матрон — много.

Если каждый, кто читает Матроны, поддержит нас 50 рублями в месяц, то сделает огромный вклад в возможность развития издания и появления новых актуальных и интересных материалов о жизни женщины в современном мире, семье, воспитании детей, творческой самореализации и духовных смыслах.

Об авторе

Жизнь — серьезная штука, и поэтому совершенно незачем делать из нее трагедию. К сожалению, иногда это поздно понимаешь.

Другие статьи автора
4 Comment threads
5 Thread replies
0 Followers
 
Most reacted comment
Hottest comment thread
новые старые популярные
5julia68
5julia68

Интересно!

La_gata
La_gata

Спасибо.

Евгения Б.
Евгения Б.

Дарья, прекрасно! Собралась было дополнять, но после поняла, что это только начало. Просто превосходно, что на Матронах будет опубликован цикл таких статей.

La_gata
La_gata

Спаибо большое. Честно говоря, я не задумывалась о цикле, когда писала, — просто мозаики зацепили. Но мысль очень хорошая, тем более, и материал кое-какой есть на примете. Спасибо за идею.

Гость

Автор, всегда вас с интересом читаю. Спасибо.

La_gata
La_gata

И Вам спасибо.

Анна

Замечательная статья, как-то она вписалась в настроение Страстной седмицы. Дарья, про форму и содержание хочу спросить: может ли быть, что для содержания форма не важна? Пример: изображение Спасителя в виде ангца, которое, насколько я знаю, отвергается православной Церковью, но принимается римо-католической и евангелической, например.

La_gata
La_gata

Анна, спасибо, за хороший вопрос. Изображение Христа в виде агнца действительно запрещено 82 правилом Трулльского собора в 692 году (т.е. позже, чем возникли те мозаики, которые рассмотрены выше). Но, думаю, дело здесь не в соотношении между содержанием и формой, а в тех конкретных обстоятельствах, в которых было принято это решение. (Вообще изучение исторических обстоятельств, в которых были приняты соборные постановления, на мой взгляд, очень важны — оно помогает лучше понять, что именно имели в виду отцы, так сказать, очертить "правоприменительную практику" решения). Относительно Трулльского собора комментаторы отмечают, что состоялся он накануне разгула иконоборческой ереси. Поэтому решение изображать Христа не символически,… Читать далее »

La_gata
La_gata

Причём конкретно в постановлениях Собора упомянут даже не агнец, а иконографический сюжет, как-то излишне причудливо сочетающий портретность с аллегорией. "На некоторых честных иконах изображается перстом Предтечевым показуемый Агнец… " То есть, Иоанн Предтеча изображён портретно, а Христос — в виде агнца. Тут уж мозги зрителя, ИМХО, способны так закипеть, что и до монофизитства недалеко.
Что же до конкретной базилики в Сан-Витале — по-видимому, канон ко времени её создания ещё не устоялся, поэтому там есть буквально всё на свете — и Агнец, и Христос-отрок, и Христос в привычной нам портретной иконографии.

Похожие статьи