Многие родители сейчас захвачены идеей раннего развития ребенка: чуть ли не с пеленок они знакомят малыша с буквами, когда тому исполняется два года, пытаются учить чтению и счету, а к трем годам подключают иностранный язык. Действительно, маленькие дети могут демонстрировать чудеса обучаемости, поражая взрослых необыкновенными для раннего возраста умениями. Однако все чаще и чаще в оценке явления раннего развития слышны скептические голоса. Специалисты бьют тревогу: «маленькие вундеркинды» спустя несколько лет вдруг бросают чтение, охладевают к школьным занятиям и вообще перестают чем-либо интересоваться. В чем тут дело? Об этом мы поговорили с психологом и матерью троих детей Мариной Мелия, автором книги «Главный секрет первого года жизни».

«Мне жаль детей, которых с рождения водят в развивающие центры»

Марина, почему идея раннего развития стала такой популярной? Что за ней стоит?

Как известно, физиологической основой интеллекта является мозг. В последнее время мы наблюдаем бум исследований мозга, многочисленные публикации о недавно открытых особенностях его развития и функционирования. Активные и амбициозные родители знакомятся с этими исследованиями и под их влиянием стремятся начать обучение своих детей как можно раньше.

Какие исследования имеются в виду? Мы знаем, что в первые три года жизни мозг ребенка растет и развивается особенно интенсивно. Уже в первые шесть месяцев после рождения он достигает 50% своего взрослого потенциала, а к трем годам — 80%. К этому времени в основном завершается формирование объема и плотности головного мозга, формируется более трех миллионов километров нейронных волокон и 70-80% нейронных соединений. В первый год ребенок впитывает информацию с невероятной скоростью. Известно также, что в период интенсивного развития мозг крайне чувствителен к влиянию извне. Именно поэтому родители и воспитатели стараются не упустить столь благоприятное для обучения и развития ребенка время. Правда, мало кто задумывается, насколько адекватны выбранные ими способы воздействия и каковы их последствия.

С какими негативными последствия раннего обучения могут столкнуться родители и ребенок?

Часто приходится видеть, как маленькие интеллектуалы, демонстрирующие блестящие способности к литературе или математике, оказываются совершенно беспомощными, когда надо выполнить простейшие «бытовые» действия. Например, ребенок в четыре года уже читает книжки, решает примеры и «гуляет» по интернету, но при этом не может сам ни пуговицы застегнуть, ни шнурки завязать, ни руки помыть так, чтобы не расплескать воду по всей ванной комнате…

Дело в том, что мозг — это не просто однородная масса нейронов, а сложная система, состоящая из множества подструктур, отвечающих за разные процессы. Эти структуры созревают не одновременно, а в определенной последовательности: от стволовых и подкорковых образований к коре (снизу вверх), от задних отделов мозга к передним (сзади вперед), от правого полушария к левому (справа налево). Другими словами, сначала формируются отделы, отвечающие за органы чувств, движения и эмоции, за восприятие пространства и ритма, за обеспечение энергией только-только развивающейся памяти, внимания, мышления. И только затем — те отделы, которые обеспечивают сложные функции контроля, речи, способность к чтению, письму. При этом длительность каждого этапа и срок перехода к следующему жестко регламентированы объективными нейробиологическими законами.

Если задача, которую мы предлагаем ребенку, входит в противоречие с актуальным процессом созревания мозга или опережает его, происходит своего рода «энергетическое обкрадывание»: мы как бы отводим энергию в другое русло, и эти незапланированные энергетические потери тормозят те мозговые процессы, которым в этот момент природой предписано активно развиваться. Когда мы пытаемся научить малыша двух-трех лет читать, писать и считать, кора головного мозга перегружается, и эта несвоевременная нагрузка «истощает» подкорковые образования, которые в это время как раз находятся в активном периоде развития. Последствия такого отбора энергии могут сказаться не сразу: у вполне здорового и интеллектуально развитого ребенка в семь лет «вдруг» появляются энурез, навязчивые движения, страхи, у подростка — эмоциональные срывы, агрессия или пугающая пассивность.

Выходит, что мы, не позаботившись о развитии корневой системы, пытаемся на неокрепших стебельках вырастить чудо-плоды, накачивая их всевозможными искусственными добавками. Но недаром говорят: «Каждому овощу — свое время». «Фактор времени» необходимо учитывать, когда мы требуем от ребенка выполнения той или иной задачи.

В таком случае что нужно делать родителям, чтобы интеллект ребенка гармонично и полноценно развивался?

Во-первых, развитие малыша должно идти постепенно, без резких скачков, в оптимальном темпе — ребенка нельзя подгонять, «натаскивать». Чтобы его интеллектуальные задатки раскрылись максимально, то есть полноценно заработала кора головного мозга и были скоординированы нейронные связи, вначале надо позволить созреть подкорковым образованиям, отвечающим за эмоции, восприятие, движение и т.д. Значит, наша задача — обеспечить малышу общение с любящим взрослым и возможность двигаться, исследовать окружающий мир. Вместо того чтобы без конца «развивать» ребенка, показывать ему картинки с изображениями букв, предметов и животных, лучше просто быть с ним, носить на руках, вместе смотреть вокруг и наслаждаться общением.

Когда мне приходится видеть малышей, которых их заботливые родители целыми днями водят на английский, на музыку, на гимнастику, вместо того чтобы ребенок жил дома, слушал сказки, которые читает мама, лепил с бабушкой пирожки, бегал наперегонки с собачкой и играл своей любимой игрушкой, мне бывает жалко и детей, и, конечно, родителей.

Во-вторых, интеллект младенца — это не то же самое, что интеллект взрослого. Когда мы называем умным взрослого, то, как правило, имеем в виду его эрудицию, способность анализировать, систематизировать, обобщать. Когда речь заходит о детях, которым предстоит через год-два сесть за парту, мы ориентируемся на их умение читать, писать, считать. Но как мы можем говорить об интеллекте крошечного ребенка, если он еще не может ни того, ни другого, ни третьего? Для первого года жизни малыша психологи выделяют иные составляющие интеллекта: это реакция на новое (любопытство), познавательная активность и развитие речи.

Давайте поговорим подробнее об этих трех составляющих. Итак, любопытство. Реакцию на новизну, или любопытство, пожалуй, можно считать предтечей интеллекта. Когда малыш живо реагирует на нового человека или новую игрушку, прислушивается к звукам, вглядывается в предметы, попадающие в его поле зрения, когда он радуется, слыша голос мамы или видя ее лицо, мы с восхищением говорим: «Надо же, какой смышленый…».

И мы правы! Даже двух-трехмесячные младенцы могут различать цвет, форму и структуру движущихся предметов. Более того, они могут создавать сложный образ предмета, объединяя сведения, поступающие от различных органов чувств. В одном эксперименте шестимесячным малышам давали соски разной формы: гладкую и шишковатую. Ребенок свою соску не видел, но безошибочно ее узнавал, когда ему показывали обе соски одновременно. Он дольше разглядывал именно ту, которую только что сосал.

Это доказывает, что уже в самом раннем возрасте дети имеют базовые представления об окружающем мире, поэтому они реагируют на возникающие изменения, а не просто пассивно воспринимают все, что происходит вокруг. Они способны предвосхищать события и удивляться, если что-то идет «не так». Если у младенца существуют врожденные или столь рано приобретенные «знания» о мире, то было бы странно их игнорировать.

В свое время Джозефом Фейганом был даже разработан тест, оценивающий интеллект младенцев. В ходе теста детям в течение определенного времени показывают сначала одно изображение, а затем два: первое — то, которое они уже видели, а второе — новое, незнакомое. Малыши, которые дольше смотрят на новое изображение, то есть «предпочитают новизну», проявляют любопытство, по мере взросления, как правило, демонстрируют более высокий уровень интеллекта, чем дети, не проявляющие интереса к новому.

Далее, познавательная активность. Окружающий мир вызывает у младенца огромный интерес, но он еще не говорит, не читает, не может засыпать нас вопросами, а потому с развитием движений активно исследует свою «среду обитания» всеми доступными для него способами: хватает предметы, пытается их пощупать, тащит в рот, пробует на вкус, облизывает, бросает на пол, стучит ими об стену…

Так, через движения глаз, языка, рук, перемещение в пространстве к ребенку приходят первые представления о предметах и явлениях. На руке и на языке находится огромное количество нервных окончаний. Отсюда информация постоянно передается в мозг, где она сопоставляется с данными зрительных, слуховых и обонятельных рецепторов, и в сознании младенца складывается целостное представление о предмете.

Ребенок не просто впитывает впечатления, он постоянно экспериментирует: что будет, если выбросить из кроватки все игрушки? А что если потрясти папин телефон? Как снова заставить погремушку греметь? К своему первому дню рождения младенец начинает понемногу осознавать причинно-следственные связи: потянешь за веревочку — притянешь к себе привязанный к ней предмет, нажмешь на клавишу выключателя — зажжется или погаснет свет. Ему нравятся подобные манипуляции, и он стремится повторять их снова и снова. Действия с предметами помогают младенцу еще лучше постичь их свойства (вес, размер, форму, плотность, цвет) и научиться их сравнивать, то есть выполнять свои самые первые «интеллектуальные операции».

И, наконец, речь. Как ни парадоксально это звучит, развитие речи — это один из важнейших параметров интеллекта младенца. Да, ребенок еще не говорит, зато слышит, и в первый год своей жизни малыш тренирует свой артикуляционный аппарат, он прислушивается к речи взрослых, особенно если она обращена к нему, пытается ее понять, готов общаться, стремится подражать. Уже во втором полугодии мы можем судить о том, насколько эффективно проходит этот процесс и развивается пассивная речь: младенец реагирует на наши слова конкретными действиями. Например, восьмимесячная дочка моей знакомой на просьбу «покажи ежика» смешно морщит лицо и фыркает. И подобных примеров каждый может привести десятки.

Если резюмировать, то какого младенца мы, условно говоря, можем считать «умным»?

Совсем не обязательно, что этот ребенок к своему первому дню рождения уже говорит, показывает цифры и буквы. Мы, скорее, должны отмечать, насколько он любопытен, интересуют ли его окружающие предметы, чувствителен ли он к новому, как он изучает мир вокруг себя, прислушивается ли к разговору, идет ли на контакт с нами, пытается ли что-то сказать нам на своем детском языке — все это и будет показателями интеллектуального развития в первый год его жизни.

Что же делать родителям, чтобы развивать ребенка в этом направлении?

Вы знаете, сейчас родителям дается такая масса самых разнообразных рекомендаций, что голова идет кругом. Проанализировав несметное количество литературы и посмотрев, что делается на практике, я сделала такой парадоксальный вывод: если мама и правда хочет способствовать интеллектуальному развитию своего ребенка, «с дальним прицелом», ей нужно сосредоточиться на трех «ударных направлениях». Назову их условно: тепло, пространство и границы.

Нормальное психическое развитие ребенка невозможно без теплого, эмоционально насыщенного, интенсивного общения со взрослым. Именно взрослый (и в первую очередь мама) — тот человек, благодаря которому у малыша есть возможность раскрыть свой потенциал.

Каким образом создать такие условия?

Все просто. Способы общения изобретать не нужно, они просты и естественны — их знает каждая чуткая и любящая мать: откликаться на плач, утешать, укачивать, баюкать, петь малышу песенки, почаще брать на руки, обнимать, целовать, щекотать, подбрасывать, любоваться им, умиляться, улыбаться, восхищаться новыми действиями, использовать время, когда малыш не спит, для общения и игр.

Потрясающим эффектом обладают всевозможные потешки и пестушки, которыми мама сопровождает переодевание, купание, игру, массаж. Они передаются из поколения в поколение и сохраняются почти в неизменном виде. Все знают «Ладушки-ладушки, где были? – У бабушки», «Сорока-ворона кашу варила», «Водичка водичка, умой мое личико». Пестушек множество, на каждый случай своя: когда ребенок просыпается, когда мама его умывает, когда он учится переворачиваться, когда у него что-то болит и т. д. Они очень ритмичные, складные, поднимают настроение и маме, и малышу, помогают получать удовольствие от общения и оказывают позитивное влияние на общее развитие младенца.

На первый взгляд, это не вписывается в контекст привычного разговора про интеллект. Но именно эта особая атмосфера тепла, внимания и заботы позволяет ребенку расти и развиваться полноценно. Для того чтобы чему-то научиться — ходить, залезать, собирать пирамидку, ставить кубик на кубик, малышу приходится сотни раз это пробовать, сотни раз переживать неудачи. Откуда у него такая способность справляться и не отчаиваться? От взрослого, который рядом и с которым у него есть глубокая эмоциональная связь, которому он доверяет. Например, ребенок тянется к игрушке и, не дотягиваясь, падает и ударяется. Он горько плачет, просится к маме на ручки. Она его берет, обнимает, гладит ушибленное место, он видит ее улыбку, спокойный подбадривающий взгляд «глаза в глаза». Ему не надо ни о чем беспокоиться, ничего бояться. Его защитили, о нем позаботились. В абсолютной безопасности он может целиком погрузиться в свое переживание и выплакать стресс. И как только он успокоился и его опускают на пол, он может снова исследовать мир и пытаться овладеть той самой игрушкой. Ему не страшно.

Это важнейшее условие развития познавательной активности. Только в таком случае ребенок захочет «хватать» и «залезать», узнавать и исследовать. Ему опять интересно, он опять открыт миру. А если такого заботливого взрослого защитника у ребенка нет или он вдруг куда-то делся, малышу приходится в прямом смысле этого слова бороться за выживание, все силы отдавать на преодоление стресса. А значит, ему уже нет никакого дела ни до изучения нового, ни вообще до мира вокруг.

Тезис о зависимости познавательной активности ребенка от прочности эмоциональной связи с взрослым как-то экспериментально подтвержден?

Да, эксперименты в этой области проводились. Так, в исследовательской лаборатории М. И. Лисиной с полугодовалыми младенцами из дома ребенка проводили 50 занятий по восемь минут каждое. Взрослый общался с малышом, как это делает любящая мама, — ласкал его, поглаживал, тормошил, улыбаясь и приговаривая нежные слова. И оказалось, что дети, получившие свою, пусть и небольшую, порцию впечатлений, развивались быстрее, чем малыши из контрольной группы, которым «добавки» эмоций и нежности не досталось. Первые лучше ориентировались в пространстве, дольше играли с игрушками, чаще активно исследовали предметы, одновременно задействовав руки, глаза и рот.

В другом эксперименте участвовали малыши от 9 до 12 месяцев: взрослый брал ребенка на руки, играл с ним, водил за ручку по комнате, произносил что-то ласковое и т. д. Всего за 20 занятий дети преображались: исчезала напряженность, они становились более раскованными, радостными, с удовольствием вступали в контакт, чаще сами инициировали общение со взрослым. Тесты на активную речь и понимание речи взрослого показали их превосходство над детьми из контрольной группы. Конечно, эти поразительные эффекты не могут быть долговременными, и без продолжения регулярного общения со взрослым, к сожалению, сходят на нет.

А вот когда в закрытых детских учреждениях Англии пытались преодолеть дефицит эмоций за счет механической экстрастимуляции (по утрам и после обеда на 10 минут включали автоматическую качалку, или взрослый столько же времени стоял у колыбели младенца и монотонно читал ему вслух), то никакого, даже кратковременного благотворного влияния на развитие ребенка это не оказало. Не было главного — теплого эмоционального контакта со взрослым.

Именно живое общение с любящим взрослым дает все самое необходимое не только для эмоционального благополучия младенца и его психологического комфорта, но и для развития его интеллекта. Никакие развивающие игрушки, никакие обучающие методики не заменят в младенчестве ни нежных рук, ни ласкового взгляда мамы.

А если взрослый не знает, чем занимать ребенка целый день, как с ним общаться?

Действительно, нам трудно делать что-то с ребенком «просто так», ведь в наше динамичное время мы не привыкли действовать без цели, плана, заданного алгоритма. Если мы куда-то идем, нам нужно знать, куда и зачем. И мы чувствуем себя совершенно беспомощными, когда нужно просто проводить с ребенком время, резвиться, веселиться, нянчиться, — для многих это бывает неразрешимой задачей.

Кто-то поддается соблазнам в виде всевозможных развивающих ковриков и комплексов, которые освобождают родителей от необходимости постоянно развлекать малыша. Сейчас лучший способ продать какую-либо игру — написать на коробке: «Ребенок будет играть самостоятельно». Такие коврики и комплексы сами шуршат, гремят, играют музыку, на них много картинок, подвесных игрушек и т.д. Это действительно удобно и на какое-то время можно оставить младенца одного. Но стоит понимать, что такой способ «занять» ребенка не должен быть основным.

Спасительной палочкой-выручалочкой для родителей может быть совместная игра. Мы называем это игрой в какой-то мере условно, потому что для самого ребенка это естественное, эмоционально наполненное, теплое общение. Но для нас это канва, по которой мы можем организовать это общение, способ научиться заниматься с ребенком, вначале следуя правилам и инструкциям. Здесь нам помогут многочисленные книжки, где описаны игры с детьми разного возраста, и советы «бывалых».

Каждый может найти то, что органично для него, то, что ему интересно, то, что вызывает интерес у ребенка. И тогда игры, безусловно, будут приносить пользу. Они не должны быть сложными, здесь не надо ничего особенно выдумывать. Ребенок смеется, мы смеемся, ребенок доволен, мы довольны. Некоторые игры могут стать любимыми и будут служить развитию малыша и наших с ним отношений.

Игры обладают волшебным эффектом — они воздействуют не только на детей, но и на родителей. Втягиваясь в игру, мы начинаем сами придумывать что-то новое, радоваться, общаться и в конечном счете сможем быть с ребенком «просто так». А лучшая «игрушка» для малыша — это взрослый, именно к нему у ребенка подлинный интерес.

А что Вы подразумеваете под созданием для ребенка необходимого пространства?

Мы часто забываем о том, насколько нов и непонятен для малыша окружающий мир, игнорируем первые попытки его познания. Конечно, любопытству и познавательной активности невозможно научить, но им важно не препятствовать. Именно мы должны организовать и постепенно расширять то пространство, в котором младенец, доверяя своему окружению, может проявлять себя свободно и использовать свои возможности.

И здесь важен баланс между стабильностью и новизной. Чтобы ребенок удовлетворял свое любопытство, пространство вокруг него должно быть стабильным — только на фоне постоянства окружающей обстановки он сможет заметить что-то новое и заинтересоваться этим. Но соотношение стабильности, новизны и неопределенности должно быть оптимальным. Это как любая тренировочная нагрузка — для достижения эффекта она должна быть не слишком слабой, но и не чрезмерной. В мире, где все однообразно и предсказуемо — бледные стены, белый потолок, няня в маске как в детдоме, — нет неопределенности. И проявлять любопытство в таком мире не к чему. Но и там, где одна картинка быстро сменяет другую, как в слайд-шоу, где «мелькают города и страны, параллели и меридианы», взгляду тоже не за что зацепиться. Если сегодня ребенок видит одно, завтра другое, сегодня с ним разговаривают на одном языке, завтра на другом — без всяких закономерностей, — у него нет возможности что-то предсказать, предвосхитить, а значит, и удивиться, что что-то идет не так. И тогда он невольно отгораживается, защищается от этого обилия впечатлений и перестает что-либо воспринимать. И в том и в другом случае эффект один — естественное, природное любопытство младенца угасает.

Значит, нам в очередной раз нужно проявить чуткость и внимание в поисках золотой середины: с одной стороны, обеспечить малыша разнообразными впечатлениями, а с другой — не перегрузить его восприятие все новыми и новыми игрушками, предметами, сменой комнат, лиц, людей вокруг и т.д.

Раз мы создаем для ребенка безопасное пространство, значит, у этого пространства есть и границы?

Совершенно верно. Младенец еще не знает, что можно, а чего нельзя, и в своем стремлении активно познавать мир может упасть, пораниться, испугаться, что-нибудь испачкать, разбить или сломать. Смелость, активность, любопытство надо поощрять, но только если мы точно знаем, что ребенок в безопасности, а он уверен, что старшие его оберегают.

Вместе с тем, из благих побуждений мы часто преувеличиваем степень опасности тех или иных предметов или ситуаций для ребенка и тем самым блокируем зарождающийся у него исследовательский интерес. Конечно, очень удобно, когда неловкий и неуклюжий младенец лежит спеленутый в кроватке или сидит в манеже, из которого ему не выбраться. В это время мы можем заниматься своими делами и не думать о том, что он забредет куда-то не туда или откуда-нибудь свалится. Но связь движений и интеллекта обусловлена физиологически. Поэтому, ограничивая активность ребенка — туго пеленая его или постоянно принуждая «сидеть смирно» и «вести себя тихо», — мы замедляем развитие. Наша задача, напротив, сделать все, чтобы у ребенка была возможность шевелиться, двигаться. Не надо считать, что опасности подстерегают нашего малыша повсюду. Поэтому запреты, которые устанавливают границы дозволенного, должны быть разумными. Здесь, как и во всем, нужно находить баланс.

Так что же, можно позволить малышу делать все, что он хочет?

Конечно, нет. Мы должны контролировать активность ребенка, но при этом действовать очень гибко, чтобы не отбить у него желания исследовать мир. А для этого нужно все время быть начеку, аккуратно отпускать или успевать вовремя «подстелить соломку» — то есть проявлять изобретательность в зависимости от обстоятельств. Если ребенок пытается смять или порвать попавшиеся ему на глаза бумаги, которые, как оказалось, папа принес из офиса, надо спокойно заменить их теми, что порвать не жалко. Малыша тянет рисовать на стенах? Можно выделить ему на обоях специальное место для рисования и тем самым поддержать его творческий порыв и стремление к самовыражению.

Не стоит впадать в крайности: либо держать малыша в ежовых рукавицах, либо умиляться и потакать любым его действиям и поступкам. Например, ребенок начинает швырять все подряд, хватать кошку за хвост, а родители в полном восторге. Запретов не может быть много, но они должны быть — особенно по ключевым моментам. Уже в младенческом возрасте начинают закладываться основные понятия — что хорошо, а что плохо, что важно, а что нет, что можно, а чего нельзя. Родители своим авторитетом устанавливают твердые рамки, которые малыш должен осознать и принять.

Эти границы должны быть четкими, ясными, понятными, но ни в коем случае не жесткими, пугающими. Мы твердо говорим «нет», но говорим это спокойно. В момент отказа мама должна поддерживать контакт с ребенком, смотреть ему прямо в глаза — можно даже приобнять малыша. Правила должны быть непреложными. Так, в автомобиле малыш привыкает сидеть пристегнутым в специальном кресле, за столом он должен есть, а не играть едой. Увидев, как наше чадо тянет кошку за хвост, мы сразу же твердо говорим «так нельзя» и объясняем почему.

Конечно, постоянно искать золотую середину — дело хлопотное, такой подход потребует от нас внимания и сил. Но поддерживать и разрешать, ограничивать и запрещать — важная родительская функция. Поэтому нам придется хорошенько «пошевелить мозгами», если мы хотим, чтобы они потом «шевелились» у ребенка.

Получается, что истоки идеи раннего развития — не в желании блага своему чаду, а скорее в родительских амбициях и стремлении превзойти других?

Чаще всего. Нам кажется, чем быстрее дети развиваются, тем лучшими родителями мы являемся, мы пытаемся перещеголять остальных, дух соперничества буквально витает в воздухе. Выражение «обычный ребенок» для активных, амбициозных мам и пап звучит чуть ли не приговором. Так, один мой знакомый, которого тоже захватила идея «читать раньше, чем ходить», как-то попросил меня порекомендовать эффективную методику для обучения чтению его двухлетней дочери: «Говорят, уже пора…» Я спросила: «А зачем? Что она будет сейчас читать? И что она поймет из прочитанного?» Он в растерянности произнес: «Да, действительно, об этом я не подумал…».

Интеллектуальное развитие — это не короткая спринтерская дистанция, а скорее марафон, долгий и трудный, требующий терпения и умения рассчитывать силы. Начинается он в первый год жизни малыша, а вот результаты во многом зависят от того, сумеет ли «тренер» правильно распределить силы своего «подопечного», чтобы он не выдохся раньше времени. А это вполне может произойти, если мы, эксплуатируя поразительные возможности маленьких детей, пытаемся «ускорить процесс» и преждевременно навязываем им то, что пока абсолютно не нужно.

Безусловно, можно и трехлетнего малыша достаточно быстро и легко научить японскому языку или играть в шахматы. Но, опять же, зачем? И не потеряет ли он гораздо больше от этого обучения, чем приобретет? У совсем маленьких детей еще нет потребности во «взрослых» знаниях и умениях, которыми их начинают пичкать задолго до того, как у них сформируется запрос на эти знания. Сначала должны зарождаться и вызревать желания, и тогда уже появится мотивация, любознательность и готовность преодолевать трудности на «нелегком пути познания».

Безусловно, заниматься развитием ребенка надо начинать как можно раньше. Но использовать при этом другие средства и решать другие задачи: создавать эмоциональный контакт, надежную привязанность, условия для активного и в то же время безопасного исследования окружающего мира. И только потом, когда малыш физиологически и психологически будет к этому готов, учить его чему-то целенаправленно.

Сначала мы должны построить прочный и надежный фундамент, а уже потом надстраивать на нем красивое здание — и тогда оно устоит при любой погоде. Если мы не будем торопить  время, рассчитывая на быстрый успех, а наберемся терпения и мудрости, чтобы формировать интеллект ребенка естественно, с учетом закономерностей развития, есть шанс, что в школьном возрасте он не утратит интереса к познанию, а его интеллектуальные возможности будут расти вместе с ним.

Теги:  

Присоединяйтесь к нам на канале Яндекс.Дзен.

При републикации материалов сайта «Матроны.ру» прямая активная ссылка на исходный текст материала обязательна.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Портал «Матроны» активно развивается, наша аудитория растет, но нам не хватает средств для работы редакции. Многие темы, которые нам хотелось бы поднять и которые интересны вам, нашим читателям, остаются неосвещенными из-за финансовых ограничений. В отличие от многих СМИ, мы сознательно не делаем платную подписку, потому что хотим, чтобы наши материалы были доступны всем желающим.

Но. Матроны — это ежедневные статьи, колонки и интервью, переводы лучших англоязычных статей о семье и воспитании, это редакторы, хостинг и серверы. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц — это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета — немного. Для Матрон — много.

Если каждый, кто читает Матроны, поддержит нас 50 рублями в месяц, то сделает огромный вклад в возможность развития издания и появления новых актуальных и интересных материалов о жизни женщины в современном мире, семье, воспитании детей, творческой самореализации и духовных смыслах.

16 Comment threads
35 Thread replies
0 Followers
 
Most reacted comment
Hottest comment thread
новые старые популярные
Эвита

Великолепная статья. Спасибо!

ольга

прекрасная статья! я вообще против этого сильно раннего развития и кучи курсов и занятий для детей. одно — два интересных для ребенка (что важно!) занятия вполне достаточно. необходимо и свободное время, когда ребенок не учится, развивается и тд.. а просто живет, играет, по двору бегает. знаю печальные случаи, когда мамы, стремясь вырастить вундеркинда, водили детей на все обучающие курсы, до которых только могли дотянуться. как результат — к подростковому возрасту ребенок становился на учет в псих диспансер…

Женечка

Очень полезно, информативно,подробно, спасибо!

Марина

Согласна на все 100 процентов ! Спасибо!

kiriniya

Спасибо, порадовали. Можно было бы продолжить тему и написать о последующих этапах развития ребенка.

Виктория

Здраво и толково, спасибо!

Юлия Ортынцева

Мои дети в 3 года с удовольствием читали Чарушина, стихи Заходера, младшая (как раз на ее детство пришлось) истории про Финдуса, всякие детские истории. Кстати, мы с мужем тоже такие, раннечитающие. Так что читать раньше, чем ходить — это на самом деле здорово. И лепить, и плавать, и считать. Языки иностранные отлично усваиваются. Зачем? Просто с умным ребенком интересно. И умному тоже жить интересно. Правда, с бегающим по двору удобней, но это уж дело вкуса.

А статья … ну, статья. Многим должна понравится. Модненько так, в тренде.

ольга

ну-ну.. у вас дети умные, а остальные по двору бегают?))) насчет читать в 3 года — не верю и не поверю))) фантазии это ваши… читать раньше чем ходить… это грустно, если ваши дети до трех лет не ходили. лучше бы не читали, честное слово)) ну это так, шутка. а если честно- я думала ребенка любят не за ранее чтение, и интересно с ним не из-за этого. ну это наверно кому — как…

jane

Я тоже читала в 3(4?) года. И никаких кружков-развивашек, только советский детский сад целый день.
Наверное, дома занимались, но не помню сидящих надо мной родителей — помню мяч и кубики с буквами-цифрами.

М. С.

Причём тут тренд? Аргументированно и научно обоснованно излагается точка зрения не о том, что не надо развивать детей, а о том, что это должно быть вовремя.

елена к

Меня тётя-педагог научила читать в 4. Но у меня была склонность, я глубокий интроверт, любила слушать книги и разглядывать картинки, играть с другими детьми наоборот не любила. Брат был более обычным ребёнком, подвижным, его и не стали так рано учить. Но и я в 4 читала очень медленно по слогам, в основном Азбуку, нормальное самостоятельное чтение оформилось ближе к 6.

Елена

И я интроверт. Мама читала вслух все свободное время. Потом я стала разбирать буквы. Читала в 5. Видимо, именно созрела. Что мне мешало раньше начать читать?? Да ничего, просто не готова была.

ксю

Что-то так много статей против развивающих занятий стало. Прямо такое уж зло? Столько детей знаю, которых водили вместо садика на занятия и все хорошо с ними. У нас вот нет садика в деревне и детей на улице нет, так пусть мои детки хоть на занятиях пару раз в неделю с другими детьми пообщаются. Тем более им очень нравится.

ольга

я думаю, статья о том, что перегружать занятиями не надо. они нужны, полезны, ребенку интересно, он развивается. но они не должны заменять общение с родителями

Гоблинище

Вместо садика на развивашки это немного другое, чем учить грудного младенца буквам

Гоблинище

Но почему плохо младенцу посидеть в манеже? не все время, конечно. но пустить ползать на пол у нас например нельзя — полы небезопасные и лестница, и не дует по полу только в самую жарищу. а в манеже тоже есть простор для игры и движения

Юлия Ортынцева

Мои дети в 3 года сами читали Чарушина, Заходера, истории про Финдуса, потешки и короткие рассказы Олега Григорьева, книжечки из серии "Читаем сами". Считали, лепили и рисовали, дома мы с рождения разговаривали на трех языках (не считая родных русского и белорусского).
Да, многим нравится, когда ребенок бегает по двору.
Я считаю, что с умным и развитым ребенком интереснее, со старшими мы довольно спокойно пережили подростковый возраст, они очень самостоятельные и ответственные люди. Старший уже за собственную семью отвечает.
Раннее развитие — норма, если родители не ставят цели что-то кому-то доказать.
А бегающий по двору — это удобно. До поры до времени.

Ирина Н

Юлия, разве статья об этом, чтобы просто бесконечно бегать по двору? Совсем нет, почитайте внимательно.

Гоблинище

как раз удобнее всего не бегающий по двору ребенок, а читающий. Посадил с книжкой — и не видно не слышно, и никаких проблем. Вопрос, полезно ли так прям рано начинать читать — не в случае, когда это естественно само происходит, а когда ребенок реально хочет бегать по двору, а его сажают за книгу в три года %)

Юлия Ортынцева

Попытайтесь малыша-дошкольника научить чему-то, когда он в этот момент хочет бегать:)))) Это в принципе невозможно, даже если скрутить и зафиксировать тело :))))
Поэтому мне смешно читать истории про насильно обучаемых дошкольников. А также про подростков, доведенных ранним развитием до психических болезней.
В первом случае — малыш не способен заставить себя учиться, он может делать только то, что ему интересно на самом деле.
Во втором — дело или в наследственности (некоторые психические заболевания проявляются именно в подростковом возрасте), или в детско-родительских отношениях. Но никак не в раннем развитии.

Мариша

меня сажали читать насильно. с 3х лет. не пойдем гулять пока не прочитаешь 3 страницы, не получишь ужина, пока не прочитаешь. длилось это с 3х до 8ми лет и с чтением и со счетом… помню как сижу на кухне мне года 4-5 не ела не гуляла целый день рыдаю над "Денискиными рассказами".. мама рядом готовит ужин и не кормит — пока не прочитаю все правильно от и до с правильными ударениями… а я эту страницу уже раз 15 вслух прочитала.. но все время где-то ошибалась. ждала папу, только он мог этот кошмар остановить. да у меня серебряная медаль, красный диплом… Читать далее »

jane

Какой ужас. Меня никогда не заставляли читать. Наоборот, когда в школе начало падать зрение, гоняли, чтобы не читала вечером (пряталась в туалете). А "Денискины рассказы" подарили на Новый год в лет 10 (не помню точно). Чтение было как вкусная конфета, до сих пор ощущение праздника от детских книг, особенно от "Денискиных рассказов".
(Единственное, что ненавидела — рассказы-были и сказки о животных, ну да родители и не заставляли).

Мариша

да, я в восемь лет подсела на приключения Незнайки и тоже потом полюбила читать) и с фонариком под одеялом читала и под партой "Гарри Поттера" — потому что на него уже очередь в классе была))) а до этого как-то не шло(

Angelinushka

Я тоже помню чтение сквозь слезы. Папа рассказывал, что забирал у мамы пластиковую вешалку, которой мама била меня по спине, если я что-то не так читала. Моя память эти кошмары вытеснила. Так меня учили читать с 2-х лет. А в 8 лет мне попались "Приключения Нильса с дикими гусями", и я полюбила чтение. В первом классе мне было очень скучно… В школе я училась не ах-ти. Как только мамин контроль ослабевал, съезжала на тройки (к тому времени у меня уже были сестра и брат погодки). Я неплохо закончила филфак СГУ. Отношения с мамой… живу за 1500 км от нее, звоню… Читать далее »

Oksanella

А у меня родители случайно обнаружили, что я умею читать. Причём, переворачивала чтение вверх ногами, читала бегло. Выясняли у родственников — никто не учил. Легенда гласит, что я сидела-рисовала напротив сестры-первоклассницы, которая водила пальчиком по строчкам — так и сообразила как это делается. Помню как в школе уже неудобно было переучиваться читать не в перевёрнутом виде. Техника чтения была лучше всех в классе. Но любить чтение я не стала. Дома никто не читал — ни сами, ни вслух мне, тем более. Ездила в садик на автобусе сама. Родители радовались, что я такая самостоятельная и ребёнком меня не воспринимали, по-моему, вообще… Читать далее »

Лейла

Я работаю с детьми и видела родителей насильно обучающих и даже хуже, насильно кормящих ребенка.Одного такого ребенка потом выводили из протестного поведения.
Не ел, дошел до истощения.С характером был.
Привязали ребенка и вливали еду. Два с лишним ему было.
Есть перегибы в детско родительских отношениях, всякое увидешь, поработаешь.
Этот случай запал сильно с мамой авторитарной.

Комси-Комса

Поделитесь опытом, как вы с детьми разговаривали дома на 5 языках??? У вас что папа, мама, бабушки и дедушки в семье разговаривают на разных языках? В этом случае у детей наверняка были трудности, ведь даже если в семье несколько языков, рекомендуется, чтобы был 1 родной язык, вокруг понятийного словаря которого потом добавляются новые языки. А если вы не на родных языках разговариваете, а пытаетесь детей иностранным языкам учить, то не называйте это "разговариванием".

Юлия Ортынцева

Знания родного языка — вещь обязательная для любой семьи. Что касается дедушек — бабушек, то мои родители и свекровь филологи, и проблем не возникало.
Я не "пыталась учить", а разговаривала. Вот просто говорила, как по-русски.

Комси-Комса

Так какая от этого польза вашим детям, если они эти языки на практике не применяют? Вы уверены, что это им надо? Если вы просто разговаривали с детьми на непонятном им языке то это не надо называть "разговором на 3 языках". Обычно у детей, действительно разговаривающих на 3 языках, возникают в процессе обучения определенные трудности, я попросила вас поделиться ими. Мой сын — билингв, т.е. у нас в семье другой язык, чем в школе. У нас с детства были свои заморочки на этой почве, которые мы постоянно преодолеваем. Конкретное что-нибудь скажите, опытом бесценным что-ли поделитесь. А так — это несерьезно.

Юлия Ортынцева

Знаете, когда старшему сыну 23, а средней дочери 19 — можно просто спросить, пригодилось, или нет. Моим пригодилось: дочь выбрала филологию профессией, сыну помогает в работе, младшей (10 лет) "просто интересно читать и общаться, музыку интересно слушать и обсуждать" (дословный ответ). Сейчас сын живет в Италии,его жена наполовину итальянка, наполовину белоруска. Так что "бесценный опыт" будет, когда пойдут внуки. А что именно Вы называете трудностями? Да, безусловно правильной речи не было лет до 9-ти, меня особенно доставала смесь белорусского и русского, но это преодолелось в белорусскоязычном садике . Больше всего им нравился почему-то французский (видимо, дело в любимой бабушке) и… Читать далее »

Комси-Комса

Ничего полезного не подчерпнула из вашего ответа. Дети ваши, вероятно, стали филологами, потому что вы в "детстве с ними разговаривали на 3 языках", а может и не потому. Со мной никто не разговаривал в детстве на 3 языках, но я тоже стала филологом, и что? Так причем тут ваше понимание "раннего развития"?

Eugenia

Зачем Вы так? Если ребенок с самого раннего детства слышит речь на двух-трех языках, он постепенно начинает понимать ее и в последствии изучение языка дается ему намного легче. У меня с ребенком родственники разговаривают на украинском и он почти все понимает и даже пытается по-украински отвечать, хотя дома мы все разговариваем на русском. Ему никто ничего не переводит, он просто слушает речь и постепенно осваивает, не знаю, как это происходит. Так что просто разговаривать это, по-моему, хороший совет. А вообще я считаю, что если ребенку занятия нравятся, у него есть способности и при этом не страдают другие сферы, которые в… Читать далее »

Комси-Комса

Да я не совсем про это. Я имела в виду другую ситуацию — когда ребенок говорит на нескольких языках, как на родных с детства. Думала, что собеседник имеет в виду именно это. И спросила, как они трудности преодолевают при этом. Но речь шла не об этом, а просто об игровом использовании иностранного языка в занятиях с детьми. Все-таки это наигранная ситуация, когда мама "говорит" на иностранном ей и ребенку языке. Конечно, ребенок при этом запоминает слова и т.п., и это полезно, но не сравнится с человеком, который говорит на данном языке, как на родном!

Татьяна

"Не подчерпнула"…Филологом стали, говорите?…

Арина

Бедные ваши дети. Их же любят только когда с ними интересно.

Похожие статьи