Увы, сомнительная максима «Бьет значит любит» все еще принимается многими из нас за не самую приятную, но все же суровую в своей естественности (!) правду жизни.

Буквально за полчаса до сдачи этого материала я наблюдала «прелестную» сцену в метро: девушка пыталась что-то сказать своему не совсем трезвому молодому человеку, который грубо тащил ее за руку по платформе, характеризуя свою спутницу на весь вестибюль самыми нецензурными словами и самыми нелестными эпитетами  и угрожая ей «дома разобраться».  Она пыталась ласково его усовещивать, а уже буквально через полминуты я наблюдала, как совершенно примиренные, голубки склонились друг к другу головами, и на лице у девушки разлилось благостное выражение полного довольства собой и своим избранником. Пока мы позволяем с собой так обращаться, считая это одним из вариантов нормы, в нашей стране будет продолжаться эскалация домашнего насилия, которое его жертвы зачастую и за насилие даже не считают. Так, пустяки, синяк, царапина, ушиб — до свадьбы, а уж тем более после, заживет. Значит – любит. А что кроет на чем свет стоит – так это все мужики такие, несдержанные на эмоции, тяжелые на руку. Настоящие мужчины…

К тому же, сор из избы, согласно неписаному правилу, выносить не принято. Так и получается, что жены, на которых поднимают руку мужья, и дети, которым приходится сталкиваться с эмоциональным и психологическим давлением, а также с побоями, вынуждены или приучены молчать. Стыдиться того, что происходит в их собственной семье. Или вовсе считать, что ничего такого особенно и не происходит.

О том, как осознать, что в вашей жизни творится что-то неправильное, и как справиться с ситуацией, в которой вы столкнулись с domestic violence, рассказывают специалистыпсихолог Анна Владимирская, психотерапевт Алена Август и гештальт-терапевт Владислав Хименков.

Современный Домострой: виды семейного насилия

Анна Владимирская: «Семейное насилие, к сожалению, достаточно распространенное явление во всем мире. Полагать, что оно встречается только в неблагополучных семьях, значит бессознательно отгораживаться от проблемы, делая вид, что с вами-то этого точно не случится. На самом же деле насилие распространено во всех социальных группах, вне зависимости от уровня дохода семьи, образования или статуса в обществе.

Часто домашнее насилие ассоциируется исключительно с физическими воздействиями, но в действительности охватывает значительно больший круг явлений, в первую очередь – эмоционального порядка. Сюда входят ситуации регулярного оскорбления и унижения, непрерывной критики, ограничения личной свободы, лишение человека возможности распоряжаться необходимыми вещами, внушение ему чувства вины, манипуляция внутрисемейными отношениями, побои, насильственные сексуальные контакты.

95% жертв семейного насилия – это женщины, дети и старики. Есть случаи семейного насилия, очевидные и чудовищные, например, достаточно недавняя история Элизабет Фритцль, которую отец держал в рабстве в подвале собственного дома в течение 24-х лет. Она стала матерью семерых его детей (или внуков?) и спаслась лишь чудом. 73-летний отец был приговорен к пожизненному заключению.

Мать Элизабет все это время жила с ним в одном доме, воспитывала троих якобы подкинутых непутевой дочерью внуков и ничего не знала о происходящем. Все это время она считала дочь пропавшей – Йозеф Фритцль утверждал, что Элизабет попала в религиозную секту и порвала все связи с семьей. Фритцля арестовали в апреле 2008 года, когда его 19-летней дочери-внучке Керстин, всю жизнь проведшей с матерью в подвале и ни разу не видевшей солнечного света, стало плохо. Девушка впала в кому, Йозефу пришлось обратиться за медицинской помощью.

Врачи в больнице потребовали свидания с матерью девушки, чтобы прояснить историю ее болезни. Йозеф привез Элизабет в клинику. Но заговорила она лишь после того, как ей пообещали, что она больше никогда не увидит отца. Сам Фритцль объясняет свое преступление «непреодолимой тягой» к дочери и желанием оградить ее от соблазнов жизни. Подобные случаи обычно вызывают шоковую реакцию в обществе и выглядят исключительными. Гораздо чаще встречаются ситуации, которые не заинтересовали бы полицию, но при этом не менее страшные по своей разрушительности для психики. Пример – история мальчика, описанная в автобиографической книге Павла Санаева «Похороните меня за плинтусом». Безоглядная любовь бабушки к внуку в соединении с ее недоверием к его матери оборачивается для всех участников истории абсолютным кошмаром.

С какой самооценкой и отношением может вырасти ребенок, которому регулярно говорят: «Будь ты проклят небом, Богом, землей, птицами, рыбами, людьми, морями, воздухом! Чтоб у тебя отсохли печень, почки, мозг и сердце! Чтоб ты сгнил изнутри, чтоб тебя сожрал стафилококк золотистый!» А ведь в санаевской бабушке многие из нас узнавали своих домашних монстров, о чем свидетельствуют многочисленные письма читателей автору книги».

Алена Август: «Одним из подвидов домашнего насилия является насилие экономическое. Это намеренное и унижающее достоинство человека ограничение в средствах.
Проявляться оно может по-разному. К примеру, муж регулярно говорит жене (или жена – мужу): «Вот тебе деньги, на, только потом отчитайся». К экономическому насилию можно отнести и ограничение в использовании средств на общей кредитной карте, и намеренное подчеркивание экономической зависимости одного партнера от другого.

Если с вас постоянно требуют отчет за каждую копейку с уничижительным «разбором полетов», подчеркивают ваше неумение пользоваться деньгами, запрещают свободно пользоваться средствами (представьте, что вы не имеете права пойти выпить кофе не потому, что у вас нет на это денег, а потому, что ваш благоверный против таких «неоправданных» расходов) – знайте, что вы – жертва экономического насилия. По отношению к детям оно может проявляться в ограничении их права на покупку даже самых необходимых вещей».

Владислав Хименков: «Если говорить о насилии в отношении детей, то все вообще гораздо печальнее. Исторически сложилось, что подзатыльник и ремень – это нормальная форма общения с детьми, не говоря уже об эмоциональном насилии —  унижении, игнорировании, угрозах, обесценивании. Самый распространенный вариант  – это принуждение к выполнению уроков (да, принуждение к выполнению уроков – это тоже насилие!)». 

Психологи сходятся во мнении, что целью насилия чаще всего является контроль или попытки его установления над поведением и чувствами другого человека, а также выражение очень сложных негативных неконтролируемых комплексов, владеющих насильником. Для обозначения любых ситуаций, связанных с насилием в семье, специалистами используется термин абьюз (от англ. abuse – оскорбление, злоупотребление, жестокое обращение).

Насилие в семье опасно тем, что противостоять ему особенно трудно, а бежать зачастую совсем некуда. Отношения людей, которые должны были быть выстроены на любви и доверии, оказываются искажены. Вдвойне это тяжело для детей: в ситуации абьюза происходит лишение человека базового чувства безопасности, подрывается его способность доверять миру. Кем бы ни был человек, насилие отражается на всей его жизни в целом. Не бывает насильников, наносящих урон своей жертве только в чем-то одном: сам факт свершившегося насилия оставляет отпечаток на всей личности жертвы. 

Белое пятно на семейной карте: почему насилие стараются не замечать

Анна Владимирская: «Очень часто люди, находящиеся в ситуации семейного насилия, даже не догадываются о том, что происходящие с ними вещи классифицируются как насилие. Особенно часто это касается детей, выросших в неблагополучной семье. Жертва может быть абсолютно дезориентирована и неопределенна в своих чувствах, она не знает, хочет ли остаться с партнером-насильником или расстаться с ним. Она часто меняет свои решения. Чаще всего она хочет продолжать жить с насильником, но без насилия. Осознать, что это желание практически неисполнимо для жертвы, очень трудно.

Часто жертва, доведенная до отчаяния, во всем винит себя, подозревает себя в сумасшествии и всячески ищет «приемлемые» для себя формы поведения, которые должны вернуть ей любимого и любящего человека.

Надежда на то, что все исправится, поддерживается цикличностью поведения насильника. Обычно в этом цикле присутствует фаза «раскаяния», когда агрессор нежен, мягок, заботлив и обещает, что теперь «все будет по-другому».

Существуют также социальные мифы, способствующие слепому принятию ситуаций домашнего насилия. Они заставляют молчать членов страдающей семьи и закрывать глаза на происходящее ближайших наблюдателей. Это, например, следующие убеждения: «скандал – семейное дело, в которое не стоит вмешиваться», «детям нужен отец, даже если он агрессивен», «женщина должна быть гибкой и уметь приспосабливаться к любому мужу, не смогла – сама виновата», «важно иметь семью, лучше муж-насильник, чем совсем никакого мужа», «мой ребенок так ленив и непослушен, что без наказания не может нормально себя вести», «ребенку необходимо строгое воспитание, так как жизнь – не сахар, и надо привыкать» и так далее. Взвесив на внутренних весах эти идиомы «здравого смысла», человек приходит к решению терпеть дальше. В крайнем случае, отделываясь мыслью: «Это случилось в последний раз и больше не повторится».

Встречается также установка «Он, конечно, гад, но я умею быть верной и поэтому должна выпить эту чашу до дна». Но это уже, скорее, случай взаимонасилия, где жена провоцирует мужа на агрессивные выходки, чтобы вызывать в нем чувство вины и получать оправдание для собственных актов морального насилия. В этой ситуации «страдающая» сторона, впрочем, молчать не будет, а напротив, будет как можно эмоциональнее излагать свои жалобы, чтобы получить поддержку. Но разрывать эти отношения ни одна из сторон не станет».

Алена Август: «В нашей ментальности высока зависимость от внешних оценок, проявляющаяся в том, что мы очень чувствительно относимся к тому, что скажут люди. Молчание заложено в самой нашей культуре – мы предпочитаем не выносить сор из избы.

Физическую травму, как ни странно, пережить иногда бывает даже проще, чем унижение и возникающее чувство беспомощного гнева, которые могут серьезно отразиться на формировании психики ребенка. Картина мира такого человечка изначально рисуется темными красками. Впоследствии весь мир может восприниматься враждебно. В тяжелых случаях при таком положении вещей может даже возникать эффект «бегства от реальности» – от бегства в болезнь до серьезного расстройства личности. Помимо прочего, если речь идет о детях, то именно детям свойственно во всем плохом, что происходит в их родительской семье, неосознанно винить самих себя – и жить с таким грузом вины тоже довольно сложно. Привычное чувство вины затем зачастую переходит с ребенком в его взрослую жизнь и окрашивает негативно и его развитие как личности, и сексуальные отношения, и влияет на распределение ролей во взаимоотношениях партнеров». 

Картина маслом: психологический портрет «насильника»

Владислав Хименков: «Следует разделять случаи, когда один или оба из супругов являются эмоциональными людьми, легко впадающими в аффект, и при этом склонными к антисоциальному поведению (как правило, таков один из супругов, а другой склонен к жертвенности, терпению и подчинению), и насилие в семье, где изначально никто из супругов не является невротиком-маргиналом. В первом случае можно сказать, что супруги «удачно» друг друга дополняют, и, как бы ужасно это ни выглядело бы со стороны, для них это нормальный, естественный способ существования. В этом случае действительно страдают только дети.

Когда же ни у кого из супругов нет предрасположенности к насилию, но при этом оно все-таки происходит, это обычно связано с тем, что у людей отсутствует элементарная психологическая грамотность. Ее отсутствие и приводит к конфликтам, выливающимся в насилие. Например, между людьми нет нормальной коммуникации. Они вроде бы умеют разговаривать, но друг друга не слышат.

Часто к ситуации насилия приводит и привычка человека постоянно подавлять свои негативные эмоции, которые он считает плохими, недостойными. Но не бывает плохих и хороших чувств, как не бывает плохих и хороших частей тела! И злость никуда не девается. Если ее подавлять, то рано или поздно происходит взрыв. Важно понять, что человека можно любить и одновременно злиться на него. И вдвойне важно уметь безопасно для окружающих выражать свои «негативные» чувства».

Анна Владимирская: «Причины семейного насилия очень сложны, нельзя утверждать, что есть какой-то единый сценарий развития этой ситуации. Ясно, что чаще всего насильники сами когда-то были жертвами, они ведут себя так, поскольку несчастны и не могут улучшить свою жизнь конструктивным образом. В поведении этих людей всегда также есть оттенок страдания.

За агрессией насильника часто стоят страх и низкая самооценка, пониженное чувство собственного достоинства, как и за виктимностью его жертвы.

Агрессор действительно нуждается в своей жертве, его поведение чаще всего исходит не из ненависти, а от неумения любить, не подчиняя себе другого человека. Самая главная черта насильника – эмоциональная незрелость, неспособность строить доверительные гармоничные отношения. Именно дефицит эмоционального тепла и чувство собственной слабости делают насильника агрессивным».

Алена Август: «Насилие порождает насилие. Мы все воспитывались, как говорят, «в разных песочницах», и если для кого-то подзатыльник был выражением родительской нежности, то для другого – это немыслимая жестокость. Впоследствии взрослый человек при всем сознательном понимании плохого влияния модели с элементами насилия незаметно может начать ее реализовывать. Этим грешат и женщины, и мужчины».

Насильно мил не будешь: сексуальное насилие в семье

Анна Владимирская: «Сексуальное насилие – одно из самых распространенных и, увы, все учащающихся преступлений против личности. По результатам социологических опросов, цитируемых в докладе Независимой комиссии за 2010 год, подавало заявления об изнасиловании в органы правопорядка 8 % российских женщин. Но известно, что большое количество жертв по разным причинам не обращается в полицию. По данным той же комиссии, на самом деле изнасилованию подвергалось около 22 % женщин. По подсчетам западных криминалистов, на каждый учтенный статистикой случай сексуального насилия  приходится 4-5 неучтенных.

Если говорить о случаях сексуального насилия между близкими людьми, то причины поведения насильника могут быть весьма различны. Часть их лежит в неспособности установить доверительные отношения с партнером. Имеет значение и разница мужских и женских сексуальных сценариев. Мужчины и женщины зачастую по-разному интерпретируют ситуацию ухаживания. Мужчина, воспринимающий женщину только как сексуальный объект, уверен, что она возражает и сопротивляется лишь для виду, «играет», а на самом деле хочет того же, что и он. Он считает себя не насильником, а соблазнителем, и может даже всерьез обижаться на утверждение обратного.

Кроме насилия при свиданиях, очень часты так называемые супружеские изнасилования, когда муж осуществляет свои «права» вопреки желанию жены. Такие случаи почти не попадают в поле зрения правосудия, разве что сексуальное насилие сопровождалось особенно жестокими побоями. В данном случае изнасилование может быть сексуальным выражением власти и гнева. Наличие доверия между супругами, способность чувствовать партнера здесь также имеет большое значение.

Отдельный вопрос представляет собой сексуальное насилие над детьми. К сожалению, статистически подобные явления очень часты. По американским данным, каждая четвертая или пятая девочка и каждый седьмой или девятый мальчик моложе 18 лет подвергался каким-то сексуальным покушениям. Чаще это происходит с подростками, но четверть подобных случаев приходится на долю детей дошкольного возраста».

Что же все-таки делать, если ваш ребенок подвергся сексуальному нападению? Есть несколько простых правил:

  • Обязательно сохраняйте спокойствие. Дети переживают ситуацию вместе с родителями. Если вы среагируете панически, импульсивно, неадекватно или гневно, вы нанесете ребенку дополнительную травму. Ваши собственные эмоции можно будет пережить потом.
  • Внимательно относитесь к словам ребенка, даже если с вашей точки зрения высказанные им факты выглядят как к несуществующие. Даже если факты не имели места, важно понять смысл сообщения, которое ребенок пытается до вас донести.
  • Поговорите с ребенком открыто. Постарайтесь узнать у него точные факты, но не давите на него. Внимательно вслушивайтесь в то, что ребенок сообщает вам сам, задавайте продуманные вопросы.
  • Успокойте ребенка. Дайте ему понять, что вы любите его и ни в чем не обвиняете, постарайтесь избавить его от чувства стыда. На протяжении всего разговора старайтесь эмоционально поддерживать его. Будьте с ним вместе, рядом, как любящий человек и друг.
  • Будьте честны. Скажите ребенку, что вы собираетесь делать, и спросите его, согласен ли он с вашими намерениями (например, пойти к врачу или в полицию). Не заставляйте его делать ничего, к чему он не готов.
  • Помогите ребенку как можно скорее возобновить его привычную деятельность и максимум привычного комфортного быта.
  • И, наконец, обратитесь за профессиональной помощью – психологической, правовой и медицинской.

Помощь жертвам насилия, в том числе и семейного, осуществляют многочисленные учреждения: кризисные центры, телефоны доверия, центры социальной и психолого-педагогической помощи населению.

Во всех крупных городах России созданы такие службы. В качестве примера можно привести кризисный центр «Сестры» в Москве (http://www.owl.ru/syostri/; телефон доверия +7 (495) 901-02-01). Список кризисных центров в разных городах России:

http://www.owl.ru/win/source/rainbow/members.htm

Как распознать наличие в семье домашнего насилия:

  1. Доминантность. Один из членов семьи ведет себя как узурпатор власти: принимает за всех решения; говорит, что кому делать, и требует повиновения. Он ведет себя так, будто все вокруг дети, его слуги или даже вещи.
  2. Члены семьи или кто-то один из них часто подвергается унижениям: переживают насмешки, подковырки, грубую публичную критику. Все это заставляет чувствовать собственные ничтожность и беспомощность.
  3. Агрессор старается изолировать членов семьи от внешних контактов – с другими родственниками, друзьями, коллегами, соседями и так далее. У него приходится просить разрешение куда-либо выйти и что-либо сделать. Часто существует запрет работать или учиться, ночевать вне дома. Он старается ограничить возможности, которые открываются перед членами семьи: новые знакомства, путешествия, в которых может произойти переоценка ценностей и т. д.
  4. Насильник часто прибегает к угрозам сделать что-либо с вами, с собой, вещами, другими людьми. Иногда в ход идут угрозы судом и правоохранительными органами. Имеет место шантаж разного типа.
  5. Иногда агрессор устраивает сцены эмоционального запугивания с громкими звуками, разрушениями, демонстрацией оружия. Это демонстрация того, что если вы не повинуетесь, то последуют самые ужасные последствия для вас.
  6. Агрессоры никогда не принимают ответственности на себя, они всегда находят других виноватых во всем случившемся. Если это не члены семьи, то обстоятельства, знакомые, государство, судьба и что угодно еще, но только не сам агрессор.

Беседовала Юлия-Маргарита Поляк

Поделиться

Об авторе

Похожие статьи