Один из вопросов, который неизменно всплывает как угрожающий крушением айсберг в любых наших отношениях, это вопрос соблюдения границ — своих и чужих. Где проходит грань между соблюдением своих интересов и уважением к особенностям визави? А между позицией жертвы и махровым эгоизмом?

Нарушения и нарушители, или Стой, кто идет?

Одна моя подруга больше года терпела роман своего мужа с другой женщиной. И не просто терпела, а еще считала нужным поддерживать его морально, поскольку он же так мучается в своем нелегком выборе! «Он говорит, что между нами — как между двумя жерновами! Мне его так жалко иногда!» — говорила Юля даже тогда, когда ее собственное здоровье на нервной почве стало стремительно ухудшаться.

Другая моя знакомая почти два года жила с юношей, который унижал ее. Он позволял себе критиковать все, что она делала, начиная от прически и заканчивая профессиональным резюме. А периодически и поднимал на нее руку. Знаете, как она реагировала? «Это я виновата — довела его!» — рассказывала Яна.

Еще одна моя приятельница пять лет была замужем за крайне ревнивым человеком, который не позволял ей даже выйти в кафе с подругами. Стоило задержаться с работы на полчаса, как начинались звонки по телефону и требования приехать домой. Также он запрещал ей заниматься танцами, ходить куда-то без него и путешествовать. Сам он был домоседом и желал, чтобы жена все время была под боком. Совместные ужины, редкие поездки к морю — вполне достаточно для семейного счастья.

Считаете, что подобные случаи — дикость и редкость? Отнюдь. Все участницы этих историй отнюдь не юные виктимные девочки, страдающие от неуверенности в себе. Все они были вполне успешны профессионально, вели активную социальную жизнь, имели много друзей.

К сожалению, проблема нарушенных границ встречается куда чаще, чем нам кажется. В нашем обществе, в целом, не слишком принято считаться с чужой приватностью. Мы до сих пор отчасти не переросли остатки советской психологии, когда каждый стремился сунуть нос в кастрюлю соседа и посмотреть — что же там кипит под крышкой? Да еще дать пару непрошеных советов. И мы не всегда чувствуем себя вправе сказать: «Руки прочь от моей жизни!» Особенно, если речь идет о любимых руках…

ot-depressii

К чему это приводит: война или подкуп

Нарушение личных границ чаще всего случается в двух формах — агрессия и манипуляция.

Агрессия это отнюдь не только посягательство на вашу физическую неприкосновенность. Это в том числе и те случаи, когда человек вам заявляет что-нибудь в духе: «Ты меня уже достала/достал!», «Отвали!», «Дура/дурак!», «Страдаешь фигней!». Агрессия — это любой случай грубой формулировки или грубого тона. Да, она может быть мотивированной: у всех нас есть нервы, которые иногда сдают — по причине гормонов, стресса или просто погодных катаклизмов. Но — важный момент! — даже объяснимая агрессия не перестает быть таковой. Адекватная реакция в этом случае — извиниться перед тем, на кого прилетели брызги нашего эмоционального кипятка. Или — выслушать извинения, если мы в качестве жертвы.

К сожалению, слишком часто грубость в отношениях не воспринимается как нарушение границ. Назвал дурой? Ну, это у него сгоряча вырвалось. Саркастически отозвался о моем пении? Ну, он все равно в этом ничего не понимает. Сказал, чтобы я отвалила? Ну, так он же сам потом мириться пришел!

Самое страшное в этом то, что постепенно в нашем сознании формируется новое убеждение: периодическая грубость — это нормально. Сегодня нас послали к черту, завтра подарили цветы — так и живем. И не так-то легко потом расстаться с этой привычкой, поскольку каждая установка — это устойчивая нейронная дорожка в нашем мозгу, формировавшаяся не один день. Очень трудно потом настроить свой разум на ту истину, что грубость — это всегда агрессия. И она имеет свойство снежного кома: если не встречает сопротивления на своем пути, то увеличивается. Согласно возрастной психологии, основные границы ребенка формируются в 2-3 года: именно в этом возрасте закладывается основной пул «можно» и «нельзя».

Если в этот период ребенка не ограничивать достаточно жестко, то его понятие границ будет размываться все больше и больше. Можно без разрешения взять конфету? Значит, мамин телефон тоже можно. Можно орать на родителей и получать за это дополнительный мультик? Значит, можно орать и на посторонних людей. Но прощупывание новых границ во взрослом возрасте происходит примерно так же: если человек не видит знак «Стоп», то идет дальше и дальше.

Вы спокойно снесли слово «дура»? Ага, вероятно, словечко похлеще вас тоже не оскорбит. Вы перенесли брань? Возможно, пощечина в обращении с вами тоже будет нормой. И это не значит, что вам попался очевидный мерзавец (хотя этого тоже исключать нельзя!). Но в любом случае за человека вы не в ответе, а вот за свою жизнь — точно.

Агрессией является также прямое давление и требования: «немедленно приезжай», «ты не должна этого делать», «ты обязан так поступать». В одной моей знакомой паре, например, жена регулярно давила на мужа, требуя, чтобы он в обязательном порядке говорил «спасибо», «пожалуйста», «спокойной ночи». Каждая пропущенная вежливость становилась поводом для нотаций или скандалов. Когда вы чего-то очень настойчиво добиваетесь от партнера (или он от вас), несмотря на высказанное им нежелание, это тоже своего рода разновидность агрессии, хотя и не всегда осознанной.

Второй тип нарушения границ — манипуляции.

Распознать подобного рода нарушения границ бывает очень сложно. Вот ваш муж сидит как в воду опущенный, с грустным лицом. Потому что вы идете на мероприятие, куда он не хочет. Но вы-то хотите. И он, конечно, не запрещает вам, но… всем своим видом показывает, как ему плохо. И вот уже чувство вины неумолимо подтачивает ваше намерение. «Но это не манипуляции! Я просто не хочу расстраивать своего любимого!» — скажет кто-то. Верно.

Вот только здесь часто срабатывает та же закономерность, что в случае с агрессией. Я снова вспоминаю свою знакомую, которой муж не давал возможности встречаться с друзьями и заниматься своими хобби. Поверьте, начиналось там тоже не с запретов. Сначала человек всячески показывает, как ему без вас плохо. Вот вы пропустили встречу с друзьями. Вот отказались от занятий танцами. А вот уже сиднем сидите дома, набираете лишние килограммы и думаете о том, что жизнь страшно потускнела со времен юности.

Dependency

Причем все бывает гораздо тоньше. От вас не требуют отказаться от хобби, друзей, работы… Но — постепенно принуждают к тому, чтобы уйти от своих желаний. «Не надо на меня давить!», «Не надо меня принуждать!», «Ты слишком многого от меня требуешь/хочешь!» — эти фразы звучат очень справедливо, но зачастую тоже становятся формулой для манипуляции.

Если одному из людей очень не хочется обсуждать какую-то тему, или отвечать на вопрос — очень удобно использовать эти словесные конструкции: они звучат крайне пугающе для трепетных интеллигентных созданий. «Я, наверное, правда, слишком давлю на него, когда прошу не обсуждать со мной свой бывший брак. А ему тяжело и хочется поделиться!» — вздыхала моя подруга. То, что эти разговоры причиняли ей боль, в расчет не бралось.

Но это еще не страшно. Гораздо хуже, когда, спустя несколько лет отношений, вы, вдруг, обнаруживаете, что живете давно уже не своей жизнью — не в том месте, где вам хотелось бы (но ЕМУ/ЕЙ было так очень удобно — рядом с работой/учебой/родителями), работаете не на той работе (потому что ЕМУ/ЕЙ нужна финансовая поддержка), ездите отдыхать на дайвинг в Египет, хотя мечтаете о горах, не устраиваете вечеринок, потому что ОН/ОНА не любит шумные компании. И вроде все нормально: совместная жизнь — это компромисс, вы идете на встречу пожеланиям вашего любимого… Вот только, где здесь ваше счастье и ваша жизнь? Где место для ваших собственных целей и желаний?

Откуда это берется: наследство и страх

Склонность к впадению в зависимости и подверженность манипуляциям в разной степени есть у каждого. Но у кого-то она проявляется постоянно, а у кого-то — лишь иногда и в определенных ситуациях.

Во-первых, сказывается наследственность. Алкогольная или наркотическая зависимость у родителей может проявляться у детей и внуков в виде склонности к эмоциональной зависимости, даже если те ведут абсолютно трезвеннический образ жизни. Это определенный наследственный паттерн поведения. В более очевидных ситуациях дети наследуют конкретный сценарий. Виктимность, свойственная матери,, очень часто передается дочери или внучке. Причем, иногда в видоизмененной форме. Например, если мать терпела измены мужа, дочь наследует сценарий в виде патологической ревности и недоверия мужчине — что тоже является разновидностью эмоциональной зависимости.

Еще одна причина — детские травмы разного рода, которые становятся источником виктимности: это инцест, любое насилие и грубость, подавление, деспотизм родителей. То бишь, те явления, которые подавляют волю ребенка и ставят его в априори зависимое и уязвимое положение. Аналогичную травму, как ни странно, может спровоцировать чрезмерная опека любящих родителей, которая также является нарушением границ. Избыточная забота, к сожалению, не менее деструктивна, чем прямое давление и деспотизм. И в том и в другом случае речь идет о неконтролируемом вторжении в личную зону. Следствием часто становится слом человеческой индивидуальности, размытое чувство границ, склонность к симбиозу.

Также причиной может стать сильный страх потери, который, так или иначе, сводится к страху за свою жизнь. Одиночество пугает нас не само по себе, а как проявление одного из базовых экзистенциальных страхов — страха смерти. Одинокий человек — изгой — обречен на гибель: это заложено в нашей генетической памяти. Страх потери может быть также следствием неуверенности в себе (я больше никого не найду!), проявлением детской травмы (уход мамы равнозначен смерти!), выраженным страхом перед будущим (лучше так, чем одному!).

Словом, причин, по которым склонность к зависимости и подверженность манипуляциям проявляется в нашей жизни, довольно много. Важно понимать, что это не является вашей виной. Некоторые популяризаторы «позитивной психологии», выращенные на тренингах, любят делать акцент на том, что в отношениях «жертва-манипулятор» всегда несут ответственность обе стороны. Нет, жертва всегда остается жертвой, даже если она так или иначе провоцирует манипулятора. Ее виктимность — это беда, а не вина. Именно для этого я упомянула возможные причины появления этого синдрома. В большинстве случаев, люди не осознают своей виктимности — даже если третий муж подряд бьет по лицу.

Нарушенные границы очень трудно осознать как проблему — особенно в нашем обществе, где очень долгое время культивировалось самопожертвование во имя других. Нас приучали к тому, что поступаться своим благополучием ради счастья других — это нормально. Более того — это почетно и правильно, и, совершив подобный поступок, мы вправе гордиться собой. И носить эту гордость как золотую медаль от жизни. Вот только эта медаль не прикрывает рубцов на душе…

Тема, конечно, неоднозначная. К сожалению, в нашем обществе сейчас часто идет откат в другую сторону: лозунг «принимайте меня таким, какой я есть» становится оправданием собственной инертности и негибкости. Но — попробуем найти золотую середину.

Об этом — в следующей статье.

Поделиться

Об авторе

По первому образованию – историк, по второму – психолог. Больше десяти лет работала журналистом. Сейчас веду оздоровительные телесные практики, тренинги и психологические консультации. Мои тренинги – «Здоровая спина», «Растяжка», «Раскрытие голоса» (совместно с певицей Еленой Ханпирой), «Женское здоровье», «Здоровый вес и здоровое питание» (совместно с Ольгой Гумановой). Автор художественного романа «Трудно быть ангелом». Почта – shekanna@yandex.ru

Похожие статьи